Выдержки из свежего интервью Дональда Трампа New York Times

Трамп и Украина

В четверг 28 декабря 2017 года президент Трамп побеседовал с репортером The New York Times Майклом С. Шмидтом. Интервью состоялось в гольф-клубе Трампа во Флориде. Газета публикует слегка отредактированные выдержки из разговора.

Вначале собеседники вспомнили об интервью, которое Шмидт взял у Трампа в июле. «Тогда Трамп сказал, что не назначил бы Джеффа Сешнса на пост генпрокурора, если бы знал, что тот возьмет самоотвод от расследования, связанного с Россией», — говорится в статье.

«Я подумал, что это определенно не нужно, подумал, что это ужасно. Но, думаю, все уладилось, потому что, честно говоря, никакого сговора (между штабом Трампа и Россией. — Прим. ред.) нет, это доказано всеми демократами, которые это говорят», — заявил Трамп.

Он добавил, что на деле расследование «по-настоящему разъярило электорат и упрочило его. Мой электорат сильнее, чем когда-либо».

Трамп продолжил: «И, кстати, я не имел дела с Россией. Я победил, потому что я был намного лучше как кандидат. Я победил, потому что вел кампанию, как надо, а она (Хиллари Клинтон. — Прим. ред.) — нет. Она вела кампанию за голоса населения, а я — за голоса коллегии выборщиков». Он сравнил кампанию с легкой атлетикой: «Если ты собираешься пробежать стометровку, ты готовишься иначе, чем к тысяче метров или миле».

Шмидт поинтересовался, чего Трамп ждет от спецпрокурора Мюллера, который расследует предполагаемый сговор его приближенных с российской стороной.

Трамп ответил: «Я ничего не жду. Могу вам только сказать, что абсолютно никакого сговора нет. Это знают все. А знаете, кто это лучше всех знает? Демократы. Ходят и перемаргиваются между собой».

Шмидт продолжил расспросы про Мюллера, а Трамп заявил: «Думаю, что он будет справедлив».

Речь также зашла о Поле Манафорте, экс-главе избирательного штаба Трампа, ныне находящемся под следствием в США. Трамп заявил: «Я всегда находил, что Манафорт — милейший человек. И я находил, что он человек порядочный. Пол работал на меня всего несколько месяцев. Пол работал на Рейгана. Его фирма работала на Джона Маккейна, на Боба Доула, на многих республиканцев намного дольше, чем он — на меня. А вы говорите о том, чем Пол занимался много лет назад, когда я о нем и не слышал».

Вернувшись к теме расследования, Трамп заметил: «Вообще-то я думаю, что оно переключается на демократов, потому что сговор в интересах демократов был. Был сговор с русскими и демократами. Много сговоров».

«Досье?» — поинтересовался Шмидт, имея в виду досье на Трампа, составленное отставным британским разведчиком Кристофером Стилом.

Трамп ответил: «Начиная с досье. Но углубляясь во множество других элементов. И в фирму Подесты» (имеется в виду лоббист Тони Подеста — брат Джона Подесты, возглавлявшего избирательный штаб Хиллари Клинтон. В обвинительном заключении в отношении Манафорта упомянуты связи между фирмой Тони Подесты и Виктором Януковичем. — Прим. ред.)

Шмидт поинтересовался, не раздражает ли Трампа время, выбранное для расследования.

Трамп ответил: «Оно выставляет страну в дурном свете, очень дурном, ставит страну в очень плохое положение. Так что, чем быстрее все прояснится, тем лучше это для страны. Но есть колоссальный сговор с русскими и с Демократической партией». Президент спросил: «Что случилось с пакистанцем, который работал с Национальным комитетом Демократической партии?» (имеется в виду американец пакистанского происхождения Имран Аван, которого консервативные СМИ обвиняли в причастности к похищению электронных писем демократов. — Прим. ред.)

«А что случилось с историей о том, как Хиллари Клинтон стерла 33 тысячи электронных писем — вы, ребята, об этом написали, но затем бросили эту тему, это были вы?» — поинтересовался он.

Трамп также заявил: «Они выдумали эту историю про русских в качестве утки, в качестве уловки, в оправдание проигрыша на выборах, хотя теоретически демократы всегда должны побеждать в коллегии выборщиков. Коллегия выборщиков подогнана под демократов намного лучше».

Шмидт спросил: «Значит, они должны были это проделать, чтобы преследовать вас, чтобы вас ослабить?»

Трамп ответил: «Нет-нет, они думали, что это будет история-однодневка, оправдание, а она все раскручивалась, раскручивалась и раскручивалась. Жаль, что Джефф взял самоотвод».

Коснувшись налоговой реформы и других своих законодательных инициатив, Трамп заявил: «Первое: у меня невероятно хорошие отношения с 97% республиканцев — конгрессменов и сенаторов. Я их обожаю, а они — меня. Второе: о больших законопроектах я знаю больше, чем любой президент, который был у власти. Будь это про здравоохранение или про налоги. Особенно про налоги. А если бы не знал, не смог бы убедить сотню конгрессменов поддержать законопроект».


Letyshops (Lifetime)

Речь зашла об иммиграционной политике США. Трамп заявил, что США должны избавиться от «цепной миграции» и лотереи грин-карт. «Они берут худших людей страны, регистрируют на лотерее, затем у них есть кучка плохих людей, тех, кто еще хуже, и отправляют их за границу», — пояснил он.

Гость Трампа, его друг Кристофер Радди, вставил: «Канада, Великобритания, Австралия… Все принимают лучших и умнейших…»

Трамп подхватил: «Да, у них есть система на основе заслуг, мы в конце концов перейдем к системе на основе заслуг. Когда будем впускать людей… которые, во-первых, не нуждаются в наших ресурсах и, во-вторых, обладают блестящими способностями».

Шмидт попросил Трампа разъяснить его запись в Twitter о Северной Корее. («Попался С ПОЛИЧНЫМ — я крайне разочарован тем, что Китай позволяет доставлять нефть в Северную Корею. Если так будет продолжаться, дружественного решения северокорейской проблемы не будет никогда!» — написал Трамп 28 декабря. — Прим. ред.)

Трамп заявил: «Мне очень нравится президент Си. Он обошелся со мной лучше, чем с кем-либо обходились за всю историю Китая». «Он мой друг, я ему нравлюсь, он мне нравится, у нас отличное взаимопонимание». Президент отметил: «В торговле Китай нам очень сильно вредит, но я отношусь к Китаю мягко, потому что война — то единственное, что для меня важнее торговли».

«В Северную Корею поступает нефть. Я об этом не договаривался!» — продолжил Трамп.

«А о чем вы договаривались?» — поинтересовался журналист.

«Мы договаривались, что будем обращаться с ними жестко. От них исходит ядерная угроза, так что мы вынуждены действовать очень жестко», — сказал Трамп.

Отвечая на вопрос о Китае, Трамп сказал: «В прошлом году наш дефицит торгового баланса с Китаем составил 350 млрд долларов, самое малое. Это не включает в себя кражу интеллектуальной собственности — еще на 300 млрд. Итак, Китай… и, знаете, кто-то говорил про манипуляции валютой. Если они помогают мне насчет Северной Кореи, я могу взглянуть на торговлю немножко иначе, хотя бы временно. И я это делал. Но когда туда поступает нефть, я этим недоволен».

Говоря о своих записях в Twitter, Трамп добавил: «И, кстати, это не твит. Это социальные сети, и записи распространяются по миру, и у меня успехи, потому что CNN может обходиться со мной несправедливо и крайне бесчестно». Он заявил, что его аудитория в соцсетях насчитывает 158 млн человек. «И потому, если выходит лживая статья, я могу что-то сделать», — добавил Трамп.

Он заявил: «Китай может решить северокорейскую проблему, и он нам помогает, и даже много нам помогает, но в недостаточной мере».

Газета приводит отдельно еще одно высказывание Трампа: «Мы победим на новый четырехлетний срок по многим причинам, самая важная — то, что наша страна снова начинает действовать успешно и нас снова уважают. Но вот еще одна причина, по которой я одержу победу [и останусь] еще на четыре года: потому что газеты, телевидение, все формы СМИ прогорят, если меня не будет, потому что без меня их рейтинги падают ниже плинтуса. Без меня New York Times и впрямь будет не прогорающей New York Times, а прогоревшей New York Times. Итак, они, в сущности, должны позволить мне победить. И в конце концов — наверное, за шесть месяцев до выборов — они меня полюбят, потому что говорят: «Пожалуйста, пожалуйста, не теряйте Дональда Трампа».

По материалам

02.01.2018, 11:20